Башня
Мигдаль
on-line
Rambler's Top100
БС"Д
Чтобы войти, сначала зарегистрируйтесь.
Главная > Мигдаль Times > №83 > История одной песни
К разделу «Мигдаль Times»
В номере №83
Обложка
«И возрадуется сердце ваше...» (Иешаягу, 66:14)
Если забуду тебя, Иерусалим...
Чей Иерусалим?
Живой и вечный
Иерусалимский синдром
История одной песни
Зачем еврею эта книга?
Пятьсот шагов

В Израиле достаточно легко определить по марке автомобиля, представитель какой социальной группы сидит за рулем.
Сегодня страсти вокруг «Страстей» — в самом разгаре, и то ли еще будет...
История Давида Реувени, называвшего себя принцем и военачальником из затерянной в глубинах Аравии пустынной страны воинов-иудеев Хабор.

  Для печати
  
Обсудить в форуме  

№83
Мигдаль Times №83
История одной песни
Зеев ГЕЙЗЕЛЬ

Посвящается всем неизвестным гениям, чье творчество обозначается словом «фольклор» или просто приписывается другим.

Пролог

Вначале был пост.
На сайте «Исрабард», в подразделе «Бардачок», 22 октября 2003 г. открылась новая форумная тема. Называлась она «О песне “Город золотой”» и расположилась по адресу: Исрабард — Форум «Бардачок». Некто «Шеф» поинтересовался:

— Если я ничего не путаю, то на последней Дуговке Ануар Будагов пел «Город Золотой» на иврите. Может, знает кто, есть ли запись, и где ее можно найти?

Для непосвященных: Дуговка — это фестиваль бардовской песни Израиля, регулярно устраиваемый на пляже Дугит озера Кинерет. Ануар Будагов — молодой израильский бард. Что такое «Город Золотой» — предполагалось и вовсе общеизвестным.
В тот же день ведущий сайта Игорь Улогов пообещал: «В ближайшее время спрошу у самого Будагова», после чего тема, естественно, ушла в зимнюю спячку. Проснулась она через полгода — почему-то в День космонавтики, 12-го апреля, когда девушка по нику «Ор» (в миру, скорее всего, Света) поинтересовалась: «Я слышала исполнение Ларисы Герштейн тоже на иврите ... чей перевод на иврит, или это источник?»

И пошло! В течение нескольких дней на форуме появились десятка два сообщений, излагавших слухи и «достоверные версии» происхождения песни. Тем временем мои друзья попросили меня оценить качество перевода. Оказалось, что сделать было это несколько затруднительно: для такой оценки надо, как минимум, иметь точный текст оригинала и точный текст перевода.

Взглянув на сайт, я был несколько ошарашен обилием версий и стал опрашивать компетентных знакомых. Оказалось, что и среди них нет единодушия в вопросе о происхождении песни — даже среди ее исполнителей. Я начал классифицировать имеющиеся точки зрения. Среди таковых выделялись:

а) слова написал на иврите Иеhуда Галеви, музыка — народная;

б) песню написал Б. Гребенщиков для фильма «Асса»;

в) песню написал Алексей Хвостенко;

г) песню написал очень средневековый итальянский еврей (!) по имени Франческо ди Милано (на некоторых сайтах его почему-то называли «Милано Ф.») — причем, слова он написал на иврите, и соответствующая рукопись была найдена В. Глозманом в какой-то библиотеке;

д) да нет же, этот самый Франческо написал только музыку. А слова написал Анри Волохонский, который на Гребенщикова подавал в суд и выиграл то ли 10, то ли 15 тысяч долларов (а может, и не выиграл, а БГ заплатил ему, чтобы не было шуму);

е) а еще песню эту пела Елена Камбурова, а Виктор Луферов сказал, что слова — Юнны Мориц;

ж) автором стихов является Рабиндранат Тагор (честное слово — я не выдумал). Правда, автор поста тут же застенчиво рекомендовал: «Но это еще надо проверить».
Ну что ж, проверим.

ГЛАВА 1, ГДЕ ЕСТЬ ЧУТЬ-ЧУТЬ НОСТАЛЬГИИ

Начнем с Иеhуды Галеви. С ним просто — есть сборники его стихотворений, где ничего похожего на «Золотой Град» нет. На сайте, посвященном замечательному Бакинскому КСП, было сказано уже нечто удивительное: «музыка Франческо де Милано, стихи Иеhуды Галеви, перевод на иврит Ануара Будагова».

Я очень хорошо отношусь к Будагову, но мне как-то трудно было представить, что он переводит с иврита на иврит. Столь же трудно было мне представить, чтобы Володя Глозман, разыскав средневековую рукопись на иврите, содержащую неизвестное стихотворение, передал бы его то ли Гребенщикову, то ли Камбуровой. Рабиндранат Тагор также как-то быстро сошел с забега, не дав развить индийский след.

Итак — стало понятно, что есть текст на русском языке, который кто-то написал. Кто же? И откуда музыка?

И тут я остановился и предался — нет, не медитации, а просто студенческим воспоминаниям. Год примерно 1978, Москва, общежитие МИИТа. Марик Драчинский берет в руки гитару и таки тихим голосом поет: «Над небом голубым...» Мы слушаем.
— Чье это, Марик? — спрашиваю.

— Эту песню написал Хвост.

— ???

— Хвостенко, живущий в Париже.

(Замечу от себя, что уже тогда вокруг песни висела аура мистификаций. Так, например, некоторые в МИИТе вполне всерьез считали автором песни одного сокурсника, ныне проживающего в Израиле.)

— Но вот музыка какая-то знакомая...

— Да, мелодия — не его, а старинная итальянская...

И тут я вспоминаю (то есть это я тогда вспоминаю, а сегодня я вспоминаю о том, как тогда вспоминал)...

Год 1972. Наша семья живет в Новороссийске. Мой старший брат Миша, студент Гнесинского института (по классу скрипки), приезжает на каникулы и привозит новые пластинки. Их просмотр — это целый ритуал: что такое, кто композитор, какие исполнители — все записать в картотеку, и только уж потом слушать.

Одна пластинка называется, кажется, «Средневековая лютневая музыка». И вот там-то звучит эта мелодия. Явно она, ни с чем не спутаешь. Хорошо нашел к ней слова неизвестный мне Хвостенко.

И вот сегодня, вынырнув из этих воспоминаний в квадрате, я постанавливаю для себя: слова Хвостенко, музыка — этого самого Франческо. Можно поставить точку? Почти. Надо только чуточку проверить — чтобы потом не было мучительно стыдно перед возможными соавторами.

ГЛАВА 2, В КОТОРОЙ ДАЖЕ «ГУГЛ» НЕ ПОМОГАЕТ

Начинаем с музыки. Пластинку находим, она выглядит так: фирма «Мелодия», 1972 г., на обложке — «Лютневая музыка XVI-XVII веков», ниже — «В. Вавилов». Не уточняется, но обычно это должно означать «исполнитель — В. Вавилов». Перевернем конверт. Итак: 10 произведений. Из них только три — действительно, исполняет В. Вавилов (лютня).
Как-то непонятно — почему же только его фамилия на обложке?.. Наверно, он играет все на лютне, а остальные ему аккомпанируют — кто на флейте, кто на валторне, а кто и на органе... Ну да ладно.

Первое же произведение — так и написано: Франческо ди Милано, «Канцона и танец». Содержание пластинки есть в Интернете, «Канцона» появляется многократно. Желающие могут посмотреть ноты, они тоже есть в Интернете.

Действительно, очень похоже на нашу песню. Есть, правда, отличия в мелодии (особенно в «припеве»), да и в гармонии.

Ну да ладно. Отличия отличиями, но авторство музыки установлено. Осталось только, для порядка, добавить: «написана в...» А кстати, когда она, собственно, написана?
Поищем в Гугле по запросу «Kanzona Francesco da Milano» (именно «да», а не «ди»). Вызываем... что такое? Почему только один адрес, причем русский? Так, посмотрим — а может, Франческо да Милано неизвестен в Интернете? Набираем запрос «Francesco da Milano» — получили массу всего. Довольно скоро я нашел и списки произведений Ф. да Милано, и диссертации, ему посвященные, и ноты — правда, не «Канцоны», а другого материала...

Оставим историю моих терзаний. Важен результат — 0 (ноль). И это при том, что вообще страниц, повествующих о нашем Франческо (да простится мне это панибратство, но к этому моменту я уже ощущал его родным и близким человеком), только на итальянском языке — 811! Как же это они прозевали такую известную мелодию? И, кстати: откуда вообще появились эти ноты?

И вот еще: а что мы знаем о Франческо да Милано?

ГЛАВА 3, ГДЕ ПОЯВЛЯЕТСЯ (И ЗАТУХАЕТ) ЕВРЕЙСКИЙ ВОПРОС

худ. Борух Нахсен

Вообще-то лютня зародилась не в Италии. Примерно в 8-м веке мавры завезли в Европу, вместе с исламом, много чего интересного — с точки зрения культуры. В частности, персидский струнный щипковый музыкальный инструмент, который назывался «уд». Именно так он называется и сейчас, а с арабским артиклем — «аль-уд», что в испанском языке превратилось в «лауд». Путешествуя по европейским языкам, лауд получал новые имена: «лаут», «лют», «люта», «лютня».

Было бы несколько затруднительно с точки зрения наших сегодняшних музыкальных представлений строго определить, что же представляла собой лютня. Время было несколько менее формальное, чем сегодня, и даже количество струн не фиксировалось. Точнее — пар струн, так как, начиная со второй, — струны были парными.

Были распространены 5-рядные, 6-рядные и 7-рядные лютни, но затем число рядов варьировалось — до 13 (соответственно 25 струн), а впоследствии стали добавлять и одиночные басовые струны, и число рядов (большинство из которых были уже непарными) доходило до двадцати.

В 16-м веке лютня гремела (и в прямом, и в переносном смысле этого слова) по всей Европе — в Дании и Англии, в Голландии и Польше, в Германии и в Испании, но центром ее была, разумеется, Италия.

И здесь, в Италии, в 1497 г. родился самый известный из всех лютневых композиторов, которого тогда еще звали Франческо Канова. Придет время, когда он станет придворным лютнистом, когда Ватикан на протяжении четырех пап будет бережно подшивать в архив каждую написанную им страницу, и тогда его имя будут произносить несколько иначе: кто «Франческо да Милано», а кто и скромненько — «Божественный Франческо».

Кстати, даже насчет «да Милано» (т. е. «из Милана») — дело сомнительно. Похоже, родился Франческо все-таки не в Милане, а в маленькой деревушке Меланезе. Разница — примерно как между городом Орел и местечком Орловка (хотя последняя и дала Израилю как минимум двух министров: Рафаэля Эйтана и Звулуна Орлева). Но, разумеется, «да Милано» звучало красивее.

К слову сказать, в 16-м веке были и другие композиторы, которых считали великими. Например, Мельхиор Нойзидлер, Якуб Рейс, Луис де Милан. И все-таки выбор кардинала Медичи пал на Франческо. Меня не было при принятии кардиналом этого исторического решения, но я могу позволить себе следующее замечание.

Большинство известных лютневых композиторов родилось в Италии. Но на этом их сходство не кончается. Многих их них объединяла та же черта, что и композиторов, писавших музыку к советским кинофильмам 30-х гг. А именно — некоторые из них таки были... евреями. Правда, как правило — крещеными, но и эти продолжали жениться между собой, и держались как-то... ну, скажем, обособленно.

Время же было тогда ох какое (для евреев) интересное — только что (конец 15-го века) последовали изгнания евреев сразу из нескольких стран. Папу Анаклета 2-го когда-то за глаза называли «еврейчиком», поскольку его прадед (!) был крещеным евреем. А тут... Так что кардиналы и герцоги, надо полагать, смотрели на этих крещеных лютнистов примерно так же, как в 70-е годы власти СССР смотрели на евреев — членов КПСС. И разъезжались эти лютнисты по всей Европе — от Англии до Польши, где об их неарийском происхождении вспоминали меньше, а то и вовсе не знали (во всяком случае, воспринимались они там как итальянцы).

Я ни в коей степени не пытаюсь умалить величие Франческо Канова да Милано, прозванного Божественным. Он — великий новатор, он заслужил свое место в истории музыкой, дошедшей до нас. Замечу только, что те, кого не опекали ни герцог Гонзаго, ни папский престол — их музыка не сохранилась, так что и сравнивать нечего. Амен.

Желающие узнать еще что-нибудь о жизни великого композитора могут посмотреть посвященную ему статью в итальянской энциклопедии. Кстати, итальянцы в своих энциклопедиях не скрывают еврейского происхождения — ни Иммануэля Римского, ни Колумба, ни сподвижников Гарибальди, ни Альберто Моравиа. Так что...

Короче: Франческо (Канова) да Милано евреем не был. И заодно отметим: стихов не писал. И наконец...

ГЛАВА 4, ГДЕ С ПОМОЩЬЮ СПЕЦИАЛИСТОВ ТУМАН НАЧИНАЕТ РАССЕИВАТЬСЯ

Итак, мы пытались совместить Канцону с Франческо Канова. Интернет выглядит при этом как-то жалко, пока... пока не переходим на русский язык. Здесь одно упоминание его имени уже дает аж 709 ссылок! Причем — по крайней мере, 100 из них однозначно связывают его имя с этой самой мелодией. Итальянский же Интернет — 8 пересечений, и все — случайные.
А все-таки — откуда взялись приведенные в начале ноты? Дело ведь в том, что лютневые композиторы нотами свою музыку не записывали. Для этого существовала другая система записи — табулатура (точнее, несколько видов табулатур). То есть даже если это музыка Ф. Канова — кто-то другой записал ее нотами. Кто же?

Но вот получил я письмо из Франции, от М. Мовшица, в прошлом — аккомпаниатора. Он припомнил, что... видел ноты этой музыки в каком-то учебнике сольфеджио. В каком? — чуть не закричал я, но по и-мейлу это сделать сложно. Мовшиц не помнил. А я засел за просмотр учебников — не только сольфеджио, но и самоучителей гитарных, например.
И что же? Под претенциозным названием «Национальная академия гитары» публикуется список главных рекомендуемых произведений, среди которых — вот, «Франческо да Милано. Канцона». «Академия» сопроводила эти ноты пометкой: «Произведение, на которое БГ положил слова "Под небом голубым..."» Да уж положил, положим... Прямо под небом голубым и положил.

Ну хорошо — а если попробовать иначе? Поищем лютневую музыку, а там...
И тут я сказал себе: стоп, хватит. И позвонил доктору Леви Шептовицкому, которого знал еще лет 15 назад. За это время Шептовицкий успел защитить докторат в Сорбонне на тему «Лютня эпохи Ренессанса». Вот так просто и со вкусом. И считается Шептовицкий сегодня крупнейшим в Израиле (а также известным за пределами Земли Обетованной) специалистом по лютне.

Так вот, позвонил я ему и спросил: существует ли полное издание сочинений Франческо Канова да Милано? И получил ответ: да, разумеется, стоит вот у меня на полке. А что?
— Да ничего, — сказал я, — меня такая мелочь интересует: нет ли там такого произведения великого маэстро, которое называется «Канцона» или как-то в этом духе?
— Канцона, — назидательно ответил мне специалист, — по-итальянски, собственно, означает «песенка». Какую тебе «песенку» надобно?

И тут я совершил опрометчивый поступок. Я взял и сказал: ту, из которой сделали потом шлягер — и пропел. Ой, что было!..

Когда шквал улегся, Леви сказал мне совсем просто:

— Зеэв, ты ведь не совсем глухой. Ты ведь, кажется, когда-то даже брал в руки скрипку. Ну не могла же математика истребить в тебе нормальное человеческое начало! Так послушай внимательно сам: какая тут к чертям лютня, какая Италия, какой Франческо! Это явно из другой оперы!

— Из какой же? — пискнул я.

— Не знаю, — честно признался великий человек. — Но скорее всего — русская песня.
Затем мы поговорили еще, и еще, и еще. Я честно объяснял, почему такой вопрос возник, а Леви столь же честно и упорно вколачивал мне одну мысль: «Это — даже не подделка. Автор то ли не знал, что подделывать, то ли просто этим не собирался заниматься».

Продолжение в следующем номере

Рейтинг:   Неинтересно, плохо написано +8 Интересно, хорошо написано
  Для печати
  
Обсудить в форуме  
Главная > Мигдаль Times > №83 > История одной песни
Сайт создан и поддерживается Клубом Еврейского Студента
Международного Еврейского Общинного Центра «Мигдаль» .

Адрес: г. Одесса, ул. Малая Арнаутская, 46-а.
Тел.: 37-21-28, 777-07-18, факс: 34-39-68.

Председатель правления центра «Мигдаль»Кира Верховская .

  Замечания/предложения
по работе сайта
2009-04-03 10:05:56
// Powered by Migdal website kernel
Вебмастер живет по адресу webmaster@migdal.ru


Jewniverse - Yiddish Shtetl Jerusalem chronikles     Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100